Михаил Гершензон. Робин Гуд -
42 >
- Мечи - часовым. Пойди скажи, чтобы дали тебе лук: я знаю, стрелять ты мастер. А меч добывай-ка сам. Билль Белоручка с Робин Гудом двинулись дальше. Издалека еще они услыхали громкие голоса. Тут никто не спал, все сгрудились вокруг косоглазого, черного, как жук, человека. Он говорил, размахивая факелом, и густая копоть кувыркалась над его головой. - Сорную траву надо вырвать с корнем! Мы разбили змеиные яйца, но змеи остались. Они положат новые, нам на погибель! - Правильно! Правильно говорит косоглазый! Пусть не останется тут ни одного писаки, который умеет вписывать в желтый пергамент нашу судьбу! - Ты не знаешь, кто этот парень? - спросил Робин Гуд Белоручку. - Я не видел его ни в Сайлсе, ни в Вордене. - Идемте в харчевню "Золотой бык"! - кричал косоглазый. - Там сидит монах, который немало на своем веку перепортил телячьей кожи. Клянусь святым Дунстаном, это пес сэра Стефена! Вилланы бросили костер и кинулись в темноту. Робин Гуд и Билль Белоручка задержались, чтобы остановить часовых, которые, выхватив из ножен мечи, побежали следом за толпой. Вдали, прыгая из стороны в сторону, уходил в темноту факел косоглазого; он и вовсе пропал в ночи, и только далекий гул голосов доносился из мрака, когда Робин Гуд с Белоручкой бросились догонять толпу. Запыхавшись от быстрого бега, они остановились у входа в харчевню. Дверь распахнута была настежь, но вилланы запрудили проход: не всем удалось протиснуться вперед, и каждый старался через головы других увидать, что происходит в харчевне. В темноте и давке никто не заметил, что пришли вожаки. - Вот монах, вот лютый волк, который прикинулся овцой! Бейте его! - долетел до Робина чей-то голос. Робин пробрался вперед и увидел за широким столом бродягу-монаха, толстого и широкого в плечах. Десяток дюжих рук схватили его, но монах и плечом не повел, чтобы освободиться. Рядом с ним стоял косоглазый, которого удерживал Скателок.