Михаил Гершензон. Робин Гуд -
45 >
лесу мы б еще потягались с ратниками, а в открытом поле затевать с ними драку - кого не порубят, потопчут конями. Если хотите совета, совет мой такой: у кого нет дома жены и детей, отправляйтесь со мной. Перехватим Гая Гисборна в дороге и потреплем, сколько хватит стрел и мечей. А там рассыплемся по лесу - ищи-свищи! А кто останется тут - по домам! Как придет сюда Гай Гисборн, все валите на нас. Так ему и скажите: дескать, мы тут ни при чем. Чтобы мы да против нашего господина?! Это все Робин Гуд, проклятый разбойник, Билль Белоручка, да еще Скателок, да пятый, десятый - все, кто бежал к разбойнику в Шервудский лес! - А еще я скажу, - вынырнув из толпы, добавил маленький Скарлет, - если тут нам драться, в Дэйрволде, немного останется от ваших домов. А в лесу нам можно будет размахнуться пошире. Добрый час еще спорили вилланы, потому что руки чесались у всех и многие хотели идти в лес с Робин Гудом. Солнце встало уже, когда опустела дорога перед харчевней "Золотой бык". Кто двинулся в Сайлс, кто в Ворден. Билль Белоручка, и Эльфер, и Мук, сын мельника, пошли из деревни в деревню, чтобы все рабы и вилланы сэра Стефена узнали, как рычали медведи вокруг господского манора. А другие стрелки и еще девять-десять молодцов, прихватив колчаны и луки, отправились с Робином навстречу Гаю Гисборну. - Мы вернемся сюда, сэр Стефен, - говорил Скарлет, поглядывая через плечо на грозные стены манора. - Мы вернемся сюда, сэр Стефен! - повторял он, запуская руку между шеей и широким медным кольцом, на котором выбито было имя его господина.И руки помыли, и вытерли оба, И сели плечом к плечу. Хлеба довольно, вина - хоть залейся, Оленины - ешь, не хочу. Двенадцать месяцев в году, и самый веселый - май. Однако и позднею