Иван Иванович Лажечников. Ледяной дом -
28 >
- Он имел о русском стихосложении обширнейшее понятие, нежели Ломоносов и
Сумароков. Любовь его к Фенелонову эпосу делает ему честь, а мысль перевести
его стихами и самый выбор стиха доказывают необыкновенное чувство
изящного... Вообще изучение Тредьяковского приносит более пользы, нежели
изучение прочих наших старых писателей. Сумароков и Херасков верно не стоят
Тредьяковского" [А.С.Пушкин. Полн. собр. соч. - М. - Л., 1949, т. XI, с.
253-254].
Синтетическая оценка роли Тредьяковского - филолога и поэта в развитии
отечественной науки и словесности тогда же получила выражение в планах
пушкинской статьи "О ничтожестве литературы русской". В одном из планов
Пушкин вновь ставит Тредьяковского - стиховеда и лингвиста выше Ломоносова и
Сумарокова ("В сие время Тредьяковский - один понимающий свое дело"), в
другом же замечает, что влияние Тредьяковского "уничтожается его
бездарностью" [А.С.Пушкин. Полн. собр. соч. - М. - Л., 1949, т. XI, с. 495].
Новую грань во взгляде Пушкина на Тредьяковского открывает письмо его к
Лажечникову, где поэт отстаивал попранное в лице Тредьяковского достоинство
русского литератора и ученого. Донесение Тредьяковского Академии, которое,
по словам Пушкина, "трогательно чрезвычайно", - это его рапорт в
Императорскую Академию наук от 10 февраля 1740 года с жалобой на "бесчестье
и увечье", нанесенные ему Волынским. С последовавшим вскоре падением
кабинет-министра связано следственное дело Волынского - второй упоминаемый
Пушкиным в письме к автору "Ледяного дома" исторический источник. Оба эти
источника в 1830-х годах не были еще опубликованы и, как видно из
воспоминаний Лажечникова "Знакомство мое с Пушкиным", остались ему
неизвестными в пору работы над "Ледяным домом".
Письмо Пушкина к Лажечникову - свидетельство весьма строгой оценки им
Волынского, которая шла вразрез не только с изображением этого исторического
деятеля в романе Лажечникова, но и вообще с наиболее распространенным в то