Иван Иванович Лажечников. Ледяной дом -
43 >
- Мариулой, - отвечала она.
- Даже имя!.. Диковина!.. Знаешь ли, Мариула, что лицо твое самое
счастливое?
- Таланливо {Прим. стр. 31} оно и тем, что полюбилось вашей милости.
- Останься здесь; я с тобой еще поговорю.
Цыганка благодарила, приложив руку к сердцу и немного наклонившись,
потом стала позади кресел вельможи, в некотором отдалении.
- Кто далее? - спросил Волынской.
Явилась малороссиянка, одна.
- Где ж пара ее? - был грозный вопрос Артемия Петровича. - Эй,
Подачкин! Я тебя спрашиваю.
При этом вопросе свинцовый нос Подачкина побелел; матушка его
необыкновенно дрогнула плечами и затрясла головой, как марионетка, которую
сильно дернули за пружину. Этот вопрос поднял всю нечисть со дна их душ.
Правящий должность пристава сделал несколько шагов вперед и, запинаясь,
отвечал:
- Это пьяница, ваше превосходительство, презлой, и пресердитый, и
преупрямый, ваше превосходительство...
- Так что ж? ты не мог его усмирить?
- Дорогой я уломал было его. Да под Санкт-Питером он начал огрызаться
на меня, ваше превосходительство, мы уж и побаивались, что кусаться станет.
Памятуя долг присяги и точный смысл данной мне инструкции, я поспешил набить
на -него колодки.
- Лжешь! тебе дана инструкция обходиться как можно лучше с людьми,
которых тебе поручат: на это была собственная воля государыни.
- Божусь богом, ваше превосходительство, чтоб мне в тартарары
провалиться, колодки прелегкие, и коли позволите, я пройду в них целую
версту, не вспотев. А он ехал в них, да еще в крытой кибитке!
- Куда ж он теперь девался?
- Колодки с него сбили, когда вели его сюда на смотр, и он невесть как
пропал...
- Бездельник! Знаю все... я хотел только испытать тебя... ты продаешь
меня фавориту... Гм! людей сбывают, как поганую кошку!.. люди пропадают
среди бела дня! Но я отыщу, хотя б мертвого... хотя остатки вырву из волчьей
пасти!.. Пора, пора и волка на псарню!