Иван Иванович Лажечников. Ледяной дом -
87 >
красоты одного образцового места, великий муж!
- Ага, ваше превосходительство, вы истинный меценат, вы постигли меня,
вы отдаете мне справедливость. Но я поведаю вам анекдотец, как могут
ошибаться и великие люди. Теперь, не краснея, смею предъявить его во
услышание мира, ибо я на предмет своей знаменитости успокоен. Пускай
букашки, цепляясь за былинки, топорщатся на Парнасус; пусть рыбачишка
холмогорский в немецкой земле пищит и верещит на сопелке свою одишку на
взятие Хотина {Прим. стр. 72}, которую несмысленые ценители выхваляют до
небес: моя труба зычит во все концы мира и заглушит ее; песенка потонет в
22205 стихах моей пиимы! 22205 вернейшим счетом!.. Не легко сказать;
возьмись-ка кто написать!.. Сколько ни обгложут из них мои зоилы, сиречь
завистники, все останется мне их довольно для существования в потомстве.
- Скорей к повествованию, Василий Кириллович, и потом жаждущему хоть
каплю воды: одно слово о княжне. Когда ты скажешь мне его, я велю принесть
подарочек...
Глаза будущего профессора элоквенции заблистали огнем. Он рассыпался в
благодарности, окрылился и повествовал:
- Итак, я поведаю вашему превосходительству вкратце анекдотец о себе и
Петре Великом. Извольте ведать, что я обучался элементам наук и древних
языков в архангельской школе. Уже в летах младых я обещал в себе изобильные
надежды. Единожды, когда соблаговолил посетить наш вертоград блаженные и
вечно достойные памяти государь Петр Первый, профессор подвел меня к его
императорскому величеству, яко вельми прилежного и даровитого студента по
всем ветвиям наук, особенно в риторике и пиитике. Еле четырнадцатилетний
паренище, я выучил наизусть главу об изобретении со всеми цитатами и
эпиграфами, как помилуй мя боже, и сочинил стихословный акростих: "Како
подобает чествовати богов земных?" Сей акростих был поднесен его
императорскому величеству, и он, воззрев на него, соблаговолил изречь: