Алексей Иванович Свирский. Рыжик -
93 >
своего маленького спутника во все тайны бродяжнической жизни. Рыжик живо
воспринимал все, о чем рассказывал Полфунта, и наивные, заманчивые грезы
наполняли его восторженно настроенное воображение. Еще вчера только, подходя
к Киеву, Санька вслух мечтал о том, как они с Полфунтом обойдут всю землю,
как они будут в цирках представлять, как они много-много денег заработают и
как он, Санька Рыжик, богачом вернется к себе на Голодаевку и удивит всех
своим роскошным костюмом. Дуне он полный кошелек с деньгами подарит, а
Мойпесу принесет золотой ошейник... Полфунта с улыбкой на губах слушал
детский лепет мальчика и одобрительно покачивал головой. И вдруг все эти
мечты неожиданно разлетелись в прах, и даже сам Полфунта исчез неизвестно
куда.
Рыжик знал, что машина далеко увезла его за ночь и что встретиться
теперь с Полфунтом невозможно. Рыжик понимал и чувствовал, что он всеми
покинут, что он оставлен на произвол судьбы, и это главным образом угнетало,
мучило и доводило мальчика до отчаяния. Как бездомный, выброшенный на улицу
щенок пристает ко всякому прохожему, так и Санька готов был пойти за кем
угодно, чтобы только не быть одному. Вот почему он так охотно последовал за
незнакомым слепым дедушкой.
- Ох-хо, грехи тяжкие!.. - прошептал старик, надел шапку и снова
положил руку на плечо Саньки.
Рыжик, выведенный из задумчивости, вздрогнул от неожиданности и
взглянул на дедушку. Лицо старика, обрамленное седой окладистой бородой,
было покойно, неподвижно, а полузакрытые глаза под густыми бровями выражали
безжизненность и равнодушие ко всему окружающему.
- А что, касатик, глазки у тебя хорошие? - обратился старик к Рыжику.
- Хорошие.
- Ну и скажи спасибо, что хорошие... Не дай бог быть слепым... А что,
касатик, не видишь ли тут местечка такого, где бы нам присесть можно было да
закусить?
- Вижу такое место, - быстро ответил Санька, у которого при слове
"закусить" явился волчий аппетит. - Вон там, за кустами, где камни лежат,