Антонин Ладинский. Когда пал Херсонес -
4 >
- Что тебе скажет возлюбленная? А вот что скажет она, достопочтенный: "Не надо мне драгоценных украшений, принеси мне лучше амбру или мускус, потому что от ароматов у меня приятно кружится голова..." Бродячий монах выкрикивает: - Камушки из Иордана! Иорданские камушки, без запроса!.. Персидский купец предлагает: - Душистое мыло под названием "Тайна красоты". Купите "Тайну красоты"!.. - Благовонные притирания!.. - Миосотис, новый запах!.. Но здесь я встречал также благочестивых паломников и путешественников, посещающих наш город по торговым делам, разговаривал с Сулейманом ибн Вахабом, совершившим трижды путешествие в Иерусалим и побывавшим в далекой Индии. Растирая в ладонях каплю амбры, он говорил мне: - Страсть к путешествиям подобна любви. Новые страны - как новые встречи. Так мы смотрим на красивых рабынь и открываем у них неведомые доселе прелести... Избегая легкомысленных разговоров, я просил Сулеймана рассказать мне о Иерусалиме и Дамаске, и он закатывал глаза от прилива приятных воспоминаний. - О, Дамаск!.. Если может быть на земле рай, то это - там. Дамаск - жемчужина мира, вечная весна... Передо мной стоял враг, сарацин, один из тех, кто отнял у нас гроб Христа... Но ведь мы же были с ним не на поле сражения! С незапамятных времен бараны продаются на площади Стратигия, а ягнята, от Пасхи до Троицы, - на площади Тавра и рабы - на Амастридской площади, которая поэтому называется в народе "Долина слез". Здесь по лицу продаваемой молодой рабыни текут слезы, крупные, как горошины, детский плач умолкает лишь тогда, когда надсмотрщик грозит бичом маленьким пленникам и пленницам, и, может быть, на этом рынке мы сеем ту бурю, которая когда-нибудь разрушит ромейское государство. Но люди не думают о будущем. На базарах толпятся праздные люди, здесь, как в деревне, пахнет навозом, покупатели спорят о статях коня или о мышцах раба. И всюду - на