Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
17 >
висит, и мы сами без шапок, а он вдруг является этаким мамелюком. Я ему и
изволил сказать, тихо, благородно: ваше превосходительство, говорю,
потрудитесь вашу шапочку снять, потому, говорю, как здесь образ. Правильно
ли я сказал? - спросил Володин и вопросительно вытаращил глаза.
- Ловко, Павлушка, - крикнул Передонов,- так ему и надо.
- Конечно, что им спускать, - поддержала и Варвара. - Молодец, Павел
Васильевич.
Володин с видом напрасно обиженного человека продолжал:
- А он вдруг изволил мне сказать: всякий сверчок знай свой шесток.
Повернулся и вышел. Вот как все дело было, и больше никаких.
Володин чувствовал себя все-таки героем. Передонов в утешение дал ему
карамельку.
Пришла и еще гостья, Софья Ефимовна Преполовенская, жена лесничего,
полная, с добродушно-хитрым лицом и плавными движениями. Ее посадили
завтракать. Она лукаво спросила Володина:
- Что это вы, Павел Васильевич, так зачастили к Варваре Дмитриевне?
- Я не к Варваре Дмитриевне изволил притти, - скромно ответил Володин,
- а к Ардальону Борисычу.
- Уж не влюбились ли вы в кого-нибудь?- посмеиваясь, спрашивала
Преполовенская.
Всем известно было, что Володин искал невесты с приданым, сватался ко
многим и получал отказ. Шутка Преполовенской показалась ему неуместною.
Дрожащим голосом, напоминая всею своею повадкою разобиженного баранчика, он
сказал:
- Если я влюбился, Софья Ефимовна, то это ни до кого не касается, кроме
меня самого и той особы, а вы таким манером выходите в сторонке.
Но Преполовенская не унималась.
- Смотрите, - говорила она, - влюбите вы в себя Варвару Дмитриевну, кто
тогда Ардалъону Борисычу сладкие пирожки станет печь?
Володин выпятил губы, поднял брови и уже не знал, что сказать.
- Да вы не робейте, Павел Васильевич, - продолжала Преполовенская, -
чем вы не жених! И молоды, и красивы.
- Может быть, Варвара Дмитриевна и не захотят, - сказал Володин,