Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
28 >
- Уж вы знаете, я для вас все готова сделать, что только можно. Поворожить
не хотите ли?
- Ну, что ваша ворожка, знаю я, - сказала со смехом Варвара, - нет, вы
мне иначе должны помочь.
- Как же? - с тревожно-радостным ожиданием спросила Грушина.
- Очень просто, - сказала, ухмыляясь, Варвара, - вы напишите письмо,
будто бы от княгини, под ее руку, а я покажу Ардальону Борисычу.
- Ой, голубушка, что вы, как это можно! - заговорила Грушина,
притворяясь испуганною, - как узнают все это дело, что мне тогда будет?
Варвара нисколько не смутилась ее ответом, вытащила из кармана измятое
письмо и сказала:
- Вот я и письмо княгинино взяла вам для образца.
Грушина долго отнекивалась. Варвара ясно видела, что Грушина
согласится, но что ей хочется получить за это побольше. А Варваре хотелось
дать поменьше. И она осторожно увеличивала посулы, наобещала разных мелких
подарков, шелковое старое платье, и наконец Грушина увидела, что уж больше
Варвара ни за что не даст. Жалобные слова так и сыпались с Варварина языка.
Грушина сделала вид, что соглашается только из жалости, и взяла письмо [2].
[3] В биллиардной было дымно накурено. Передонов, Рутилов, Фаластов,
Володин и Мурин, - помещик громадного роста, с глупою наружностью, владелец
маленького имения, человек оборотливый и денежный, - все пятеро, окончив
игру, собирались уходить.
Вечерело. На грязном досчатом столе возвышалось много опорожненных
пивных бутылок. Игроки, много за игрою выпившие, раскраснелись и пьяно
галдели. Рутилов один сохранял обычную чахлую бледность. Он и пил меньше
других, да и после обильной выпивки только бы еще больше побледнел.
Грубые слова носились в воздухе. Никто на это не обижался: по дружбе.
Передонов проиграл, как почти всегда. Он плохо играл на биллиарде. Но
он сохранял на своем лице невозмутимую угрюмость и расплачивался с неохотою.
Мурин громко крикнул: