Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
4 >
а с Варварой в инспекторы попадешь, а потом и директором сделают".
Он посмотрел вслед суетливо убегающему Рутилову и злорадно подумал:
"Пусть побегает".
И эта мысль доставила ему вялое и тусклое удовольствие. Но ему стало
скучно оттого, что он - один; он надвинул шляпу на лоб, нахмурил светлые
брови и торопливо отправился домой по немощеным, пустым улицам, заросшим
лежачею мшанкою с белыми цветами, да жерухою, травою, затоптанною в грязи.
Кто-то позвал его тихим и быстрым голосом;
- Ардальон Борисыч, к нам зайдите.
Передонов поднял сумрачные глаза и сердито посмотрел за изгородь. В
саду за калиткою стояла Наталья Афанасьевна Вершина, маленькая, худенькая,
темнокожая женщина, вся в черном, чернобровая, черноглазая. Она курила
папироску в черешневом темном мундштуке и улыбалась слегка, словно знала
такое, чего не говорят, но чему улыбаются. Не столько словами, сколько
легкими, быстрыми движениями зазывала она Передонова в свой сад: открыла
калитку, посторонилась, улыбалась просительно и вместе уверенно и показывала
руками, - входи, мол, чего стоишь.
И вошел Передонов, подчиняясь ее, словно ворожащим, беззвучным
движениям. Но он сейчас же остановился на песчаной дорожке, где в глаза ему
бросились обломки сухих веток, и посмотрел на часы.
- Завтракать пора, - проворчал он.
Хотя часы служили ему давно, но он и теперь, как всегда при людях, с
удовольствием глянул на их большие золотые крышки. Было без двадцати минут
двенадцать. Передонов решил, что можно побыть немного. Угрюмо шел он за
Вершиною по дорожкам, мимо опустелых кустов черной и красной смородины,
малины, крыжовника.
Сад желтел и пестрел плодами да поздними цветами. Было тут много
плодовых и простых деревьев да кустов: невысокие раскидистые яблони,
круглолистые груши, липы, вишни с гладкими блестящими листьями, слива,
жимолость. На бузиновых кустах краснели ягоды. Около забора густо цвела