Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
44 >
и стал жаловаться на свою мать. Он сделал укоризненное лицо и, толкая
зачем-то вниз рукою, говорил:
- И зачем она меня родила? И что она тогда думала? Какая теперь моя
жизнь! Она мне не мать, а только родительница. Потому как настоящая мать
заботится о своем детище, а моя только родила меня и отдала на казенное
воспитание с самых малых лет.
- Зато вы обучились, вышли в люди, - сказала Преполовенская.
Володин уставился вниз лбом, покачивая головою, и говорил:
- Нет, уж какая моя жизнь, - самая последняя жизнь. И зачем она меня
родила? она тогда думала?
Вчерашние ерлы вдруг опять припомнились Передонову. "Вот, - думал он
про Володина,- на свою мать жалуется, зачем она его родила,- не хочет быть
Павлушкой. Видно, и в самом деле завидует. Может быть, уже и подумывает
жениться на Варваре и влезть в мою шкуру",- думал Передонов и тоскливо
смотрел на Володина.
Хоть бы женить его на ком-нибудь.
Ночью, в спальне, Варвара говорила Передонову:
- Ты думаешь, все эти девки, что за тобою вяжутся, молоденькие, так и
хорошенькие? Они все дряни, я их всех красивее.
Она поспешно разделась и, нахально ухмыляясь, показала Передонову свое
слегка раскрашенное, стройное, красивое и гибкое тело.
Хотя Варвара шаталась от опьянения и лицо ее во всяком свежем человеке
возбудило бы отвращение своим дрябло-похотливым выражением, но тело у нее
было прекрасное, как тело у нежной нимфы, с приставленною к нему, силою
каких-то презренных чар, головою увядающей блудницы. И это восхитительное
тело для этих двух пьяных и грязных людишек являлось только источником
низкого соблазна. Так это и часто бывает, - и воистину в нашем веке надлежит
красоте быть попранной и поруганной.
Передонов угрюмо хохотал, глядя на свою голую подругу.
Всю эту ночь ему снились дамы всех мастей голые и гнусные.
Варвара поверила, что натирание крапивою, которое она себе сделала по
совету Преполовенской, ей помогло. Ей казалось, что она сразу начала