Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
49 >
приходил домой, а чаще кутил в каком-нибудь грязном притоне с Рутиловым и
Володиным. В такие ночи Варвара не могла заснуть. Поэтому она страдала
мигренями. Хорошо еще, если он вернется в час, в два ночи, - тогда она
вздохнет свободно. Если же он являлся только утром, то Варвара встречала
день совсем больная.
Наконец Грушина изготовила письмо и показала его Варваре. Долго
рассматривали, сличали с прошлогодним княгининым письмом. Грушина уверяла:
похоже так, что сама княгиня не узнала бы подделки. Хоть на самом деле
сходства было мало, но Варвара поверила. Да она же и понимала, что Передонов
не мог помнить мало знакомого ему почерка настолько точно, чтобы заметить
подделку.
- Ну вот, - радостно сказала она, - наконец-то. А то я уже ждала,
ждала, да и жданки потеряла. А только как же конверт, - если он спросит, что
я скажу?
- Да уж конверта нельзя подделать, - штемпеля, - сказала Грушина,
посмеиваясь, поглядывая на Варвару лукавыми, разными глазами: правый -
побольше, левый - поменьше.
- Так как же?
- Душечка Варвара Дмитриевна, да вы скажите ему, что конверт в печку
бросили. На что же вам конверт?
Варварины надежды оживились. Она говорила Грушиной:
- Только бы женился, тогда уж я не стану для него бегать. Нет, я буду
сидеть, а он пусть для меня побегает.
В субботу после обеда Передонов шел поиграть на биллиарде. Мысли его
были тяжелы и печальны. Он думал:
"Скверно жить среди завистливых и враждебных людей. Но что же делать, -
не могут же все быть инспекторами! Борьба за существование!"
На углу двух улиц он встретил жандармского штаб-офицера. Неприятная
встреча!
Подполковник Николай Вадимович Рубовский, невысокий плотный человек с
густыми бровями, веселыми серыми глазами и прихрамывающею походкою, отчего
его шпоры неровно и звонко призвякивали, был весьма любезен и за то любим в
обществе. Он знал всех людей в городе, все их дела и отношения, любил