Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
5 >
сибирская герань, - мелкие бледно-розовые цветки с пурпуровыми жилками.
Остропестро выставляло из-под кустов свои колючие пурпуровые головки. В
стороне стоял деревянный дом, маленький, серенький, в одно жилье, с широкою
обеденкою в сад. Он казался милым и уютным. А за ним виднелась часть
огорода. Там качались сухие коробочки мака да беложелтые крупные чепчики
ромашки, желтые головки подсолнечника никли перед увяданием и между
полезными зелиями поднимались зонтики: белые у кокорыша и бледнопурпуровые у
цикутного аистника, цвели светложелтые лютики да невысокие молочаи.
- У обедни были? - спросила Вершина.
- Был, - угрюмо ответил Передонов.
- Вот и Марта только-что вернулась, - рассказывала Вершина. - Она часто
в нашу церковь ходит. Уж я и то смеюсь: для кого это, говорю, вы, Марта, в
нашу церковь ходите? Краснеет, молчит. Пойдемте, в беседке посидимте, -
сказала она быстро и без всякого перехода от того, что говорила раньше.
Среди сада, в тени развесистых кленов, стояла старенькая серенькая
беседка, - три ступеньки вверх, обомшалый помост, низенькие стены, шесть
точеных пузатых столбoв и шестискатная кровелька.
Марта сидела в беседке, еще принаряженная от обедни. На ней было
светлое платье с бантиками, но оно к ней не шло. Короткие рукава обнажали
островатые красные локти, сильные и большие руки. Марта была, впрочем, не
дурна. Веснушки не портили ее. Она слыла даже за хорошенькую, особенно среди
своих, поляков, - их жило здесь не мало.
Марта набивала папиросы для Вершиной. Она нетерпеливо хотела, чтобы
Передонов посмотрел на нее и пришел в восхищение. Это желание выдавало себя
на ее простодушном лице выражением беспокойной приветливости. Впрочем, оно
вытекало не из того, чтобы Марта была влюблена в Передонова: Вершина желала
пристроить ее, семья была большая, - и Марте хотелось угодить Вершиной, у
которой она жила несколько месяцев, со дня похорон старика-мужа Вершиной, -