Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
66 >
базарная площадь.
- А у нас уж такой народ, - жаловался Передонов, - того наблекочут,
чего и не было. Так вот я к вам: вы - городской голова.
Скучаев был весьма польщен тем, что к нему пришли. Он не совсем
понимал, для чего это и в чем тут дело, но из политики не показывал и вида,
что не понимает.
- И еще про меня худо говорят. - продолжал Передонов, - что я с
Варварой живу. Говорят, что она мне не сестра, а любовница. А она мне,
ей-богу, сестра, только дальняя, четвероюродная, на таких можно венчаться. Я
с нею и повенчаюсь.
- Так-с, так-с, конечно, - сказал Скучаев, - а впрочем, венец делу
конец.
- А раньше нельзя было, - говорил Передонов, - у меня важные причины
были. Никак нельзя. А я бы давно повенчался. Уж вы мне поверьте.
Скучаев приосанился, нахмурился и, постукивая пальцами, пухлыми и
белыми, по темной скатерти на столе, сказал:
- Я вам верю. Если так, то это, действительно, другой разговор. Теперь
я вам верю. А то, признаться сказать, сомнительно было, как это вы с вашей,
с позволения сказать, подругой не венчавшись живете. Оно сомнительно,
знаете, потому, ребятенки - острый народ; они перенимают, если что худое.
Доброму их трудно научить, а худое само. Так оно, точно, сомнительно было. А
впрочем, кому какое дело, - я так об этом сужу. А что вы пожаловали, так это
мне лестно, потому что мы хоть и лыком шиты, дальше уездного училища свету
не видали, ну, а все-таки почтен доверием общества, третий срок головой
хожу, так мое слово у господ горожан чего-нибудь да стоит.
Скучаев говорил и все больше запутывался в своих мыслях, и ему
казалось, что никогда не кончится ползущая с его языка канитель. И он
оборвал свою речь и тоскливо подумал:
"А впрочем, ровно бы из пустого в порожнее переливаем. Беда с этими
учеными, - думал он, - не поймешь, чего он хочет. В книгах-то ему все ясно,
ученому человеку, а вот как из книги нос вытащит, так и завязнет и других