Федор Кузьмич Сологуб. Мелкий бес -
85 >
службе, он глубоко презирал: еще руку подаст при встрече, но от разговоров
упрямо уклонялся. За это он слыл светлою головою, как и Кириллов, хотя знал
мало и лечил плохо. Все собирался опроститься и с этой целью присматривался,
как мужики сморкаются, чешут затылки, утирают ладонью губы, и сам наедине
подражал им иногда, - но все откладывал опрощение до будущего лета.
Передонов и здесь повторил все привычные ему за последние дни пени на
городские сплетни, на завистников, которые хотят помешать ему достигнуть
инспекторского места. Кириллов сперва почувствовал себя польщенным этим
обращением к нему. Он восклицал:
- Да, вот вы теперь видите, какова провинциальная среда? Я всегда
говорил, что единственное спасение для мыслящих людей - сплотиться, и я
радуюсь, что вы пришли к тому же убеждению.
Трепетов сердито и обиженно фыркнул. Кириллов посмотрел на него
боязливо. Трeпетов презрительно сказал:
- Мыслящие люди! - и опять фыркнул. Потом, помолчав немного, заговорил
тоненьким, обиженным голосом:
- Не знаю, могут ли мыслящие люди служить затхлому классицизму!
Кириллов нерешительно сказал:
- Но вы, Георгий Семенович, не берете в расчет, что не всегда от
человека зависит избрать свою деятельность.
Трепетов презрительно фыркнул, чем окончательно сразил любезного
Кириллова, и погрузился в глубокое молчание.
Кириллов обратился к Передонову. Услышав, что тот говорит об
инспекторском месте, Кириллов забеспокоился. Ему показалось, что Передонов
хочет быть инспектором в нашем уезде. А в уездном земстве назревало
предположение учредить должность своего инспектора училищ, выбираемого
земством и утверждаемого учебным начальством.
Тогда инспектор Богданов, имевший в своем ведении школы трех уездов,
переселился бы в один из соседних городов, и школы нашего уезда перешли бы к
новому инспектору. Для этой должности был у земцев на примете человек,
наставник учительской семинарии в ближайшем городке Сафате.