Федор Кузьмич Сологуб. Капли крови (Навьи чары) -
52 >
Петр отвернулся от него.
-- Пойдемте скорее домой, - сказал он сестрам.
Опять вечерело. Остров приближался к воротам усадьбы Триродова. Его
лицо выдавало сильное волнение. Теперь еще яснее, чем днем, видно было, что
он помят жизнью, к что он с жалкою робостью надеется на что-то, идя к
Триродову. Прежде, чем Остров решился позвонить у ворот, он прошел вдоль
всей длинной каменной стены, отделявшей усадьбу Триродова, и внимательно
осмотрел ее, но увидел все же мало. Только высокая каменная стена, от берега
до берега, была перед его глазами.
Было уже совсем темно, когда Остров остановился наконец у главных
ворот. Полустертые цифры и старые геральдические эмблемы только мгновенно и
неглубоко задели его внимание. Уже он взялся за медную ручку от звонка,
осторожно, словно по привычке, передумывать в последнюю минуту, и вдруг
вздрогнул. Звонкий детский голос за его спиною сказал тихо, но очень внятно:
- Не здесь.
Остров оглянулся по сторонам, робко и сторожко, слегка сгибаясь и
втягивая голову в плечи. Поодаль тихо стоял и внимательно смотрел на него
мальчик в белой одежде, синеглазый и бледный.
- Здесь не услышат. Ушли, - говорил он.
-- Куда же идти? - грубым голосом спросил Остров.
Мальчик показал рукою влево, - плавный, неторопливый жест.
- Там, у калитки позвоните.
Он убежал быстро и тихо, точно его и не было. Остров пошел в ту
сторону, куда показывал мальчик. Он увидел калитку, высокую, узкую. Рядом, в
деревянном темном ободке белела кнопка электрического звонка, Остров
позвонил, и прислушался. Где-то продребезжал торопливо и отчетливо резкий
звон колокольчика. Остров ждал. Дверь не отворялась. Остров позвонил еще
раз. Тихо было за дверью.
- Долго ли ждать? - проворчал Остров, и крикнул: - Эй вы, там!
Какой-то неясный звук дрогнул во влажном воздухе, словно хихикнул
кто-то. Остров хватился за медную тягу калитки. Калитка легко и беззвучно