Федор Кузьмич Сологуб. Капли крови (Навьи чары) -
58 >
фантасмагориями. Я - старый воробей, меня на мякине не проведешь.
Триродов спокойно сказал ему:
- Напрасно вы беснуетесь. Я вам помогу. Я вам денег дам, пожалуй. Но с
условием.
- Какое еще условие? - со сдержанною яростью спросил Остров.
- Вы уедете, - очень далеко, - и навсегда, - сказал Триродов.
-- Ну, это еще надо подумать, - злобно сказал Остров.
Триродов с улыбкою посмотрел на него, и сказал:
- В вашем распоряжении неделя. Ровно через неделю вы придете ко мне, и
получите деньги.
Остров почувствовал вдруг непонятный для него страх. Он испытывал
ощущение взятого в чужую власть. Тоска томила его. Лицо Триродова исказилось
жестокою успешкою. Он сказал тихо:
- Bаша ценность такова, что я убил бы вас совсем спокойно, как змею. Но
я устал и от чужих убийств.
-- Моя ценность? - хрипло и нелепо бормотал Остров.
Триродов гневно говорил:
-- Какая ваша цена? Наемный убийца, шпион, предатель.
Остров сказал упавшим голосом:
- Однако, вас не предал пока.
- Невыгодно, только потому не предали, - возразил Триродов. - А второе,
не смеете.
-- Чего же вы хотите? - смиренно спросил Остров. - Какое ваше условие?
Куда мне надо ехать?
Триродов оставил в Рамееве приятное впечатление. Рамеев поспешил отдать
Триродову визит: поехал к нему вместе с Петром. Не хотелось Петру ехать к
Триродову, но все же он не решился отказаться. По дороге Петр хмурился, но в
доме Триродова старался быть очень вежлив. Принужденность была в его
вежливости.
Очень скоро Миша подружился с Киршею, познакомился с другими
мальчиками. Между Рамеевым и Триродовым завязывалось близкое знакомство, -
настолько близкое, конечно, насколько это позволяла нелюдимость Триродова,
его любовь к уединенной жизни.
Случилось однажды, что Триродов с Киршею был у Рамеевых, замедлил и
остался обедать. К обеду сошлось еще несколько человек из близких к Рамееву