Владимир Жаботинский. Самсон Назорей -
21 >
небольшой мешочек. Осторожно, зажав нос, он проверил его содержимое - там
был мелкоистертый темный порошок. Он аккуратно завернул края мешочка и сунул
его за пояс. После этого он подкрался к большому камню, вышиною почти до
плеч, на полдороге между деревом и пещерой, чуть тронул край камня левой
рукой для опоры и с легкостью, неожиданной при его росте, вскочил на него
обоими коленями, быстро поднялся на ноги и заревел во всю глотку, так что
прокатилось эхо:
- Выходи!
Из пещеры никто не вышел, но в тишине, сквозь жужжание насекомых,
облепивших козленка, Самсон явно и неопровержимо для себя чувствовал
беззвучное присутствие зверя. Ему даже казалось, что сквозь запахи влажных
трав, запекшейся крови, начинающегося тления и сырого мрака пещеры до него
доползает тоненькая струйка жаркого кошачьего пота. Переложив меч в левую
руку, он ловко швырнул в пещеру большой обломок: в глубине что-то подавленно
огрызнулось, но это было все.
- Выходи, а то я тебя выкурю дымом! прогремел Самсон.
Тогда он увидел в черной дыре две светящиеся зеленоватые точки,
продолговатые сверху вниз. Прямо между этих точек он запустил вторым
осколком; раздался яростный хриплый рев, и на узком выступе перед отверстием
очутилась пантера. Они долго молча смотрели друг на друга; пантера старалась
достать языком до расшибленного места над носом и била себя по плечам
длинным хвостом; она была серо-гнедая, с очень мелкими черными крапинами,
которые у начала задних лап почти сходились в сплошное пятно; лапы ее были
почти серые, а когти казались длиннее человечьих пальцев. Работая языком,
она слегка вертела головой на вытянутой шее, но не спускала глаз с человека.
Она больше не рычала, но само ее мурлыканье, теперь ясно слышное, клокотало,
как отголосок очень далекого грома.
- Глупая, - сказал ей Самсон, - ведь козленка привязал я!
Пантера сделала гримасу, открыв пасть в две ладони шириною, но не
тронулась с места.