Владимир Жаботинский. Самсон Назорей -
37 >
своей беды, увидел пути спасения; заветное слово "нас обобрали", слово,
испокон веку рождавшее гражданскую смуту и междоусобную резню, осветило им
тайники их собственной души: в тайнике, на самом дне, издавна дремала,
свившись колечком, главная сила мирская - зависть родича к родичу, и теперь
она подняла голову, выпустила жало и зашипела.
Тогда на середину круга вырвался вожак пророческой шайки; четверо из
его последователей выбежали за ним, и сейчас же сели на землю у его ног, с
четырех сторон; они горящими глазами смотрели на толпу, словно ожидали
нападения. Но никто и не думал их тронуть; напротив, круг даже раздался,
точно в испуге, и скоро водворилось молчание. Среди этой тишины старый
отшельник начал выкрикивать, надорванным, как будто не своим голосом,
отрывистые возгласы; и после каждого возгласа ученики у его ног и остальные
ученики, скопом стоявшие неподалеку, отзывались хоровым завыванием.
- Все вы лжете! Ефрем хуже Кафтора, Вениамин гаже Египта, но Дан
развратнее всех! Тесно вам потому, что вы строите дома. Вы делите поля и
виноградники и стада на мое и твое. Где есть "мое" и "твое", там всегда
тесно! Мы, Божьи дети, живем у Господa в пещере; оттого нам не тесно. Мы
делимся каждой пригоршней дикого меду; оттого у нас всегда вдоволь. Вам
нужны купцы - они привозят вам тонкую ткань и побрякушки; мы одеты в козью
шкуру - от издохшей, не от зарезанной козы. Вам нужно место для божниц,
много места, целые площади, чтобы просторно было и Ваалу, и Астарте, и
Ашере, и Кемошу, и Молоху; и потом еще нужно место для домашних болванчиков,
по одному на каждого деда и каждую бабку и отца и мать и всех сыновей и
дочерей и внуков; и среди всей этой гадости еще надо поставить голый чурбан,
мерзость из мерзостей, образ всех распутств от Мофа до Сидона и назвать его
богохульственно эфодом Господa. Оттого вам не хватает земли! Нам, детям
Божиим, ее достаточно: Господь отдал нам все пещеры, а сам живет везде и