Владимир Жаботинский. Самсон Назорей -
67 >
были все острова и даже на твердой земле основаны были могучие города,
которые потом стали самостоятельными царствами; и предки его, Бергама, часто
были капитанами на тех кораблях и наместниками тех городов.
Но во дни прадедов его прадеда положение изменилось: боги рассердились
на керэтинский народ. На твердой земле, что с запада, появилось новое племя,
по имени Ион, племя хитрое и жестокое. Они понастроили тысячи лодок и стали
промышлять морским разбоем. Они вырезали население самых цветущих колоний и
основали на их месте свои варварские княжества. Наконец, в ряде набегов,
которые повторялись почти ежегодно в течение жизни двух поколений, ионийцы
разгромили сердце державы, остров Керэт. Никогда бы им это не удалось, если
бы сытая жизнь и богатство не расшатали еще задолго до того былую доблесть
островитян. Нет ничего хуже для простонародья, как сытость и достаток. Так
погибло царство Керэта; и только далеко на севере лидийской области, где
каждую зиму снег покрывает землю настилом выше человеческого роста,
сохранился последний из великих оплотов морского народа - княжество
Бергамское и столица его Троя. Там, среди бедной природы и сурового климата,
племя еще не успело изнежиться. Суда троян топили ионийские лодки десятками;
сколько угодно могли ионийцы торговать вином и елеем, но к хлебородным
равнинам севера не было им доступа - ключ от житницы был в руках у князей
Бергама, и барыши от ячменя и пшеницы накоплялись в подвалах Трои. Однако и
этому пришел конец. Ионийские князья составили общий союз и объявили войну
Трое; целое поколение родилось и возмужало за время этой войны; только
хитростью прорвался неприятель в бергамскую столицу, сжег ее дотла,
разбросал обгорелые развалины, выгладил почву города настолько, что соха
могла пройти по ней от края до края крестнакрест, не наткнувшись на камень.
Это было последним ударом, и народ никогда его не забудет; до сих пор у них
поются былины о той войне, и до сих пор филистимская знать дает своим детям