Владимир Жаботинский. Самсон Назорей -
96 >
нам - вовремя напомнившую! об утонченном величии царственной древности
нашего народа; о том, что даже в пустыне, и хуже того - в затхлой пещере,
где ютятся бродяги, князь остается князем; и долг его - жить покняжески и
говорить по-княжески с обитателями пещеры.
Он остановился, чтобы дать слушателям время для выражения сочувствия.
- Я был бы рад этим ограничиться, сказал он, когда те смолкли, -
ограничиться, конечно, прибавив к этим словам пожелания счастья новобрачным,
- если бы друг наш Самсон не нашел нужным столь великодушно поблагодарить
нас за науку, почерпнутую здесь им и его товарищами (доблестью которых мы
имели счастье восхищаться три дня подряд, а изяществом обхождения - еще
дольше). Как один из учителей, я обязан, конечно, соблюдать скромность; и
потому выражу сомнение, действительно ли преподавание наше окажется
настолько успешным, как обещает нам Самсон, - действительно ли эти
замечательные ученики, или дети их, или внуки их когда-нибудь сравняются с
учителями. Очень сомневаюсь; но не это главное. Главным же образом я хотел
напомнить другу нашему Самсону, сыну Маноя из великого и славного города
Цоры, что - если уж поминать такую мелочь, как полученные от нас уроки, - то
их было не два, а три; и о самом важном, третьем, он умолчал.
Теперь Самсон смотрел на него в упор, и все остальные тоже. Даже Бергам
понял, что это ссора, ссора в его доме, на его пиру, и он ничем не может ей
помешать; в первый раз в жизни он растерялся и нервно дергал свою окладистую
бороду.
- Третий урок был важнее других потому, что он был вами дан не только
юным сподвижникам нашего друга, но и ему самому, могучему Самсону. Вы ему
напомнили о чем-то, что он, очевидно, забыл, или чего не знал,- и что весьма
полезно ему и всему народу его запомнить навсегда. Что он забыл эту полезную
истину, доказывает одна мелочь, - о которой, кстати, мы все чуть-чуть не
забыли. Помнишь ли ты, Самсон, что еще в первый день пира ты загадал нам