Анатолий Гончаров. Император умрет завтра -
3 >
объявленный многими итальянскими дворами. Он хладнокровно накладывал
гигантские контрибуции в равной мере на тех, кого подчинял силой, и тех, кто
пытался убедить его в своих "братских чувствах". Остальное грабила армия.
"Война сама себя кормит", - говорил генерал Бонапарт, и солдаты отлично
понимали своего командующего.
Ах, как он издевался над герцогом Пармским, решившим, что глубоким
поклоном маленькому генералу и подобострастным приветствием оккупантам он
спасет свою честь от унижений, а герцогство от поборов!.. Вымученное
красноречие стоило тому двух миллионов франков золотом и 1800 лошадей.
Остальное добирали солдаты.
В Париже пять "столпов" французской демократии, пять Директоров, пять
высших казнокрадов Французской Республики - Гойе, Мулен, Дюко, Сийес и
Баррас - молча передавали друг другу донесение главнокомандующего
Итальянской армией генерала Наполеона Бонапарта: "Вы воображаете себе, что
свобода подвигнет на великие дела дряблый, суеверный, трусливый. увертливый
народ? Только с умением и при помощи суровых примеров можно держать Италию и
руках...".
Так же молча было прочитано и секретное донесение агента Директории в
штабе главнокомандующего, который дословно приводил реплику Бонапарта,
вырвавшуюся у него и ответ на строгие директивы правительства: "Я уже не
умею повиноваться!"
- Пятнадцать дней - шесть побед, - тихо обронил Баррас. - А потом он
вернется в Париж...
- Вы полагаете это излишним? - цинично спросил Сийес.
- Я полагаю, что всякий комический актер хочет играть Гамлета...
Остальные трое Директоров переглянулись, но ничего не поняли. Впрочем,
их мнение никого не интересовало. И в первую очередь не интересовало Барраса
и Сийеса. В "схватке пауков", пышно именовавшейся Великой Французской
революцией, им повезло больше других. Тому есть простые объяснения. Есть и
сложные. В целом же граф Баррас был достаточно хитер и беспринципен, чтобы