Анатолий Гончаров. Император умрет завтра -
57 >
Однако соль любого анекдота в том, что все вылезает наружу, как
любовник из-под кровати, - в самый неподходящий момент. И тут уже можно
смеяться. Могущественный диктатор Франции и повелитель Европы выглядит у
Тарле в серьезнейшем по тем временам вопросе династического брака - полным
дурачком. Фигаро здесь - Фигаро там. Мечется между русской принцессой Анной
Павловной и австрийской эрцгерцогиней Марией-Луизой, терзаясь пугающей
мыслью: а ну как откажут жениху? Не придется ли прусскую королеву выменивать
у Фридриха за Магдебург?
Русский двор, утверждает Тарле, отвечал уклончиво, а затем и вовсе
настоял на отсрочке, сославшись на молодость принцессы Анны. И якобы
взбешенный Наполеон в тот же день запросил австрийского посла в Париже
Меттерниха, согласен ли император Франц отдать ему свою дочь Марию-Луизу?
Спектакль это был. Недоступный, видимо, академическому пониманию. Не
домогался Наполеон австриячки, которая когда-нибудь тоже не погнушается
обер-конюхом или гофкурьером. Это император Франк навязывал ему через
Меттерниха свою шестнадцати летнюю дочь хотя бы "в качестве незаконной
супруги". И не существовало в природе более подходящего исторического
варианта, чем породнение Бонапарта с Романовыми. Наполеон сознавал это. И
Александр тоже. Узнав от русского императора во время следующей встречи в
Эрфурте, что существует даже какой-то манифест Екатерины II, подтверждающий
незаконное рождение Анны Павловны, Наполеон тем не менее еще колебался. Но
рисковать было нельзя. Невозможно даже представить, какой страшный удар
обрушился бы на него, если бы по прошествии лет и при благополучном
появлении наследника всплыли вдруг документы о настоящем отце русской
принцессы - обер-шталмейстере Муханове, который-то и звания статс-секретаря
удостоился только ради того, чтобы получить право личного доклада
императрице. О чем докладывать? Карета подана и кони бьют копытом?.