Исай Калашников. Жестокий век. Гонимые -
29 >
- Кто тебе сказал это? - Сам Даритай-отчигин. - Помоги мне сесть.- Опираясь на ее плечо, он приподнялся, стиснул зубы, посидел так, унимая боль, приказал:- Пошли Хо к Даритай-отчигину. Пусть он идет сюда. Даритай-отчигин, увидев Есугея сидящим, зажмурился в счастливой улыбке. - Уже встаешь, мой любимый брат! - Уже встаю. Скоро буду крепко держать в руках плеть... Я что. тебе говорил, когда уезжал? - Ты много говорил. Но я все исполнил. - Об Оэлун я тебе что говорил? - Чтобы я берег ее, не позволял никому обижать. Все твои золотые слова помню. - Что еще говорил? - Еще? Чтобы все у нее было: еда, питье, одежда. Разве не так, дорогая невестушка? - А если я буду убит, что ты должен был сделать с Оэлун? - Я должен был отправить ее домой. - Ты сказал ей это? - Что я, без головы!- обиженно вскинулся Даритай-отчигин.- Она бы только и думала, чтобы ты умер. - Рыбу не поймаешь за хвост, тебя не уличишь в криводушии,- устало сказал Есугей.- Но когда-нибудь твоя хитрость обернется против тебя самого. И горько тогда будет, и никто не захочет тебе помочь. Выпроводив брата, Есугей сказал Оэлун: - Такой уж он есть, другим его, наверное, не сделаешь...- Задумался, помолчав, заговорил о другом:- Жизнь наша трудна, полна опасностей. Людская вражда укоренилась в степях. Чуть зазеваешься - твои стада захватят, твою юрту ограбят, тебя убьют или сделают рабом. Сейчас мы должны быть ближе друг к другу, человек к человеку, род к роду, племя к племени. Только так мы выживем. Но этого очень многие не понимают. Каждый думает лишь о себе. Мы слабеем, а враги усиливаются. Злокозненные татары за наши головы, за нашу кровь получают от Алтан-хана китайского шелковые ткани и железные котлы. А мы не можем как следует посчитаться с ними. Трудные времена настают, Оэлун. Будь со мною рядом. Забудь свои обиды. Ты мне очень нужна, Оэлун. Без тебя я как меч без рукоятки, как седло без