Исай Калашников. Жестокий век. Гонимые -
9 >
подвернув под себя ноги, сидели братья - Некун-тайджи и Даритай-отчигин. Должно быть, в выражении его лица было что-то такое, что встревожило братьев, оба молча уставились на него в ожидании. Есугей, смирив нетерпение, присел рядом с братьями, выпил чашку кумыса. Обычай не велит уважающему себя человеку уподобляться суетливой сороке. С медлительной почтительностью обратился к хозяину юрты, старшему по возрасту брату: - Все ли благополучно у тебя? - Вечное небо покровительствует мне,- так же неторопливо, степенно ответил Некун-тайджи, но вдруг его лицо, толстощекое, румяное, расплылось в счастливой улыбке.- У меня, Есугей, родился сын. Я назову его Хучаром. Хорошее имя, а? Некун-тайджи весь сиял от радости. А Даритай-отчигин, не только самый младший, но и самый маленький из братьев, коротышка с тонкими, не мужскими руками, жмурил глаза: казалось, он смеется от радости, но Есугей слишком хорошо знал Отчигина - притворяется. Малый рост, слабосильность испортили его характер. Никогда от души не радуется за братьев, только так вот жмурит свои хитрые глаза. - Хотите со мной поохотиться?- спросил Есугей. - Сейчас, что ли?- Некун-тайджи глянул через дымоход на выбеленное солнцем небо.- Жарко. - На кого охота?- Даритай-отчигин всматривался в лицо Есугея, пытаясь понять, чего не договаривает брат. - На дикую козу. - Одни поедем?- допытывался Отчигин, все еще не понимая, что на уме у Есугея. - Поедем втроем, больше никого не нужно. Но условие - коза мне. - А нам?- не отставал Отчигин. - Вам по волу. - А-а,- протянул Отчигин, кажется, уяснив, на какую охоту зовет брат.- Не опасно? Может быть, поговорим со старшим братом, с Мунгету-Кияном? - Вола всего два,- засмеялся Есугей. Поднялся.- Быстро собирайтесь. Если вы не поедете, я отправлюсь один.Солнце село. Воздух стал прохладнее, но от прогретой земли несло сухим теплом. Запах трав, терпкий, дурманящий днем, стал слабее. Усталые быки