Валентин Дмитриевич Иванов. Русь Изначальная (том 1) -
19 >
воинов казалась странным чудищем, рогато ощетиненным острыми копьями.
Против слободы летний спад вод приоткрывал брод вдоль гребней
сточенных водой скал речного порога. Воины приблизились к броду. Там
Всеслав приказал десятку молодых брать коней и догонять пеших по пути к
Турьему урочищу.
Днем очередные пастухи из слободки с помощью подростков пасли табун
подальше от слободы, сберегая на ночь траву в речных поймах. С темнотой
табунщики гнали лошадей ближе к слободе. Не просто ночью пройти к коням,
хоть и объезженным, но привычным к свободному выпасу на подножных кормах.
Ночью конь сторожко пуглив. Издали Ратибор рогом позвал табунщиков. Не
спеша, с тихими ласковыми возгласами, слобожане отбили четыре десятка
лошадей. Их охаживали, охлопывали ладонями по крепким шеям, ласково
приговаривая привычные слова - прими да пусти! - совали железо в
строптивые рты и забрасывали за уши оголовные ремни. Каждый взял по три
заводных коня.
До брода бежать - терять время. Пешие давно переправились и ушли
далеко. Двое табунщиков проводили воинов к челну. Туда положили оружие,
чтобы не подмочить. Ратибор принудил своих коней войти в воду. За ним
сами, без понуканий, пошли остальные кони. Черная Рось вспенилась.
Приученные к переправам кони плыли без натуги, вольно положив голову на
воду. Облегчая животных, всадники сползли с их спин и, держась за
лошадиные холки, плыли с той стороны, куда относит течение, чтобы не
затянуло под лошадиное брюхо.
На берегу кони, отряхиваясь, фыркали, предвещая удачу. Натянув
поводья, всадники ждали условного знака от леших. Послышался дальний крик
совы: "К-оо!.." Не время еще кричать совам осенним голосом. А когда придет
их время - будет другой голос и у слобожан. Ратибор отсчитал про себя -
один, второй, третий. Вместе с медленным счетом на четыре ухо приняло
второй совиный крик. Пора!
Опушкой дубравы, откуда в степь смотрел образ Сварога, конники