Валентин Дмитриевич Иванов. Русь Изначальная (том 1) -
20 >
поднялись вскачь. Ратибор сидел без седла, каменно сжав колени, на гнедом.
Ему Всеслав поручил быть старшим в десятке.
Отпустив поводья, слобожане скакали за головным, скользя на спинах
коней в такт скачке - вперед-назад, вперед-назад. По коленям хлестала
трава.
Как везде и всегда, будто сросшееся с телом оружие мчится вместе со
слобожанами. Справа, за плечом, колчан с тремя десятками стрел. К седлу
приторочен лук в налучье, с запасными тетивами. Слева меч, или секира, или
длинная сабля. Справа, в рост высокого мужчины, - дрот-копье с железным
наконечником. Грудь сжимает перекрест ремней-перевязей меча и колчана.
Привычная ноша для слобожанина так же легка и незаметна, как для женщины
рубаха, подпоясанная цветной лентой, и душегрейка, вязанная из шерстяной
нити.
Пешие успели далеко опередить конных. Они шли широко, по-слободски.
За таким шагом лошадь поспевает лишь рысью. В дни, когда свет равен ночи,
воины могут от зари до зари пройти восемьдесят верст.
Верстах в трех от переправы Всеслав оставил махального, чтобы тот
криком совы звал конных. Ратибор подобрал товарища, подобрал и второго.
Лишь после третьего махального всадники догнали пеших.
Спешила ночь; звезды, поворачиваясь в небесной тверди, говорили о
вечном течении неукротимого времени, в котором каждый стремится к
совершенью задуманного.
Близится и Турье урочище. Еще и еще поворот. Здесь последние изгибы
степной дороги, которыми она, выйдя с дальнего юга, врезается в приросские
дубравы. Перед конными вынырнул человек с простертыми вверх руками
невиданной длины - с копьем и мечом.
На Турьем урочище постоянный дозор - шесть или семь слобожан.
Встречный всадник спешил в слободу посыльным.
Вести важные. Вечером, когда угасала заря, будто сделались заметны
конники, идущие с юга. Мало было света, не было уверенности, не туры ли
это или дикие лошади-тарпаны.
Старший дозора послал двоих разведать. Еще не вернулись те двое,