Валентин Дмитриевич Иванов. Русь Изначальная (том 1) -
26 >
довольствоваться горькими и солеными водами. Чем дальше к северу, тем
слаще источники.
В загон шло более девяти десятков бывалых охотников за рабами. В мире
много пастбищ, удобных для стад коров, овец и верблюдов. Много диких птиц,
диких зверей. Людей - мало. Раб не только ценен, он - необходим.
Во сне хазары любовались крепкими мальчиками и нежными девочками,
которые быстро забудут свой народ и речь родителей, видели красивых женщин
и сильных мужчин - они будут верно служить господину, у них не будет
выбора. И еще над привалом витала мечта о наслаждении властью, пусть
кратковременной, зато безграничной властью победителя в час, когда
противник сломлен и все позволено сильнейшему. Для одного этого стоит
одолеть тяготы дорог и скитаний, стоит рискнуть своей жизнью. Упоение
желаний, скованных обычно, никогда не удовлетворенных и вдруг выпущенных
на волю, как звери из клеток!
Уже различались очертания вещей, почти можно было видеть краски,
когда усыпленное вниманье сторожей привала пробудил конский топот. Он
доносился откуда-то сзади, с юга, из степи. Ближе и ближе топочут кони.
Изощренный слух степняка угадывает табун голов в тридцать-сорок. Топот
вдруг прекращается: дикие кони почуяли людей! Опять топочут, приближаются,
удаляются. Наверно, дикие кони пришли на обычный водопой и взволнованы
препятствием.
День близится, близится. Пора будить товарищей. Дикие кони бегут
совсем близко. И вот - появляются всадники.
Не сразу, пораженный неожиданностью, хазарский сторож сознает обман,
постигает хитрость напавших. Запоздалые крики поднимают спящих.
Развернувшись полумесяцем, всадники молча сваливаются в балку. Они здесь!
Всадник оставляет дротик в поверженном геле.
...Лесные наездники секут твердым уклад-железом мечущихся хазаров.
Иные бьют сразу обеими руками: в одной - меч, в другой - секира. Вслед
конным спешит десяток пеших слобожан. Им добивать хазаров, которых