Валентин Дмитриевич Иванов. Русь Изначальная (том 1) -
58 >
росского языка, он был необходимым образцом беспощадного мужества сторожа
от Степи. Оттуда, с юга, всегда шли войны, насилие, истребление. Ничего,
кроме войны, насилия, истребления, нельзя было противопоставить
кочевникам, чтобы сохранить род людей, возделывавших лесные поляны.
Это был бог, близкий, понятный, земной. Воплощение покровителя,
образец. В Перуне не было мечты о заоблачном мире Сварога, о вечной жизни
души, о вознаграждении за боль, за муки, за смерть. Сварог был богом для
всех людей, для детей, женщин и немощных стариков, размышляющих о конце
жизненного пути. Сварог помогал воину надеждой встретить на небе друга.
Перун звал к битве.
- Я обещал тебе бога и братство, - говорил Всеслав, обращаясь к
Ратибору. - Вот твой бог и вот твои братья. Мы - дружина Перуна, один за
всех, и все за одного. Мы выше рода, мы сила росского языка, меч и щит. Не
воля князь-старшин правит нами, а наша воля. Я князь дружины. Ты хочешь
быть с нами, Ратибор? Клянись Перуном, Ратибор!
Произносились слова объяснений и обещаний. У ног Перуна разожгли
угли, раздули маленьким мехом синее пламя. Светильники погасли, сквозь
угольный чад был слышен запах раскаленного железа.
- Подними левую руку над головой, чтобы принять знак братства, -
приказал Всеслав.
Ратибор видел, как из углей князь-воевода достал железный прут на
деревянной ручке. Конец железа рдел звездочкой. Скосив глаза, Ратибор
смотрел, как звездочка приблизилась к левой подмышке. Ожог, боль, запах
паленых волос и горелого мяса.
Всеслав показал новому брату-дружиннику конец клейма, остуженного
живым телом. Два меча, скрестившись, указывали на четыре стороны света,
напоминая о вечной верности братству.
Дружинники подходили, обнимали нового брата. Готовился еще один обряд
- клятву скрепят смешением братской крови.
На славянском севере, в лесах, богатых и простым и дорогим пушным
зверем, в местах, обильно родящих хлеб и овощи на полянах, обнаженных