Валентин Дмитриевич Иванов. Русь Изначальная (том 1) -
69 >
старые предания иной раз между собой спорили: будто бы и побоище, от
которого только семь братьев остались, не гунны совершили, а какие-то
другие степняки.
Гунны ли, другие ли, о разных ли набегах Степи говорили сказители иль
об одних и тех же, но начинали все одинаково.
Та зима была злая, снег в лесах медлил уйти. Новый месяц нарождался
красным, будто в страданиях покидая небесное лоно. Из степи волки
подступали невиданной силой, вой их людям казался странным, необычным.
Беда пришла в пору, когда молодая трава уже покрывает копыто коня до
путового сустава, в лучшую пору для степи. Корм сочен, налитые весенними
силами травы тучны и жизнетворны. Мошка, овод, комар только нарождаются и
не мучают. Дни долги, а жары еще нет, солнце не изнуряет коня и всадника.
Весенние воды сошли, броды доступны.
Тут-то и повалили с полудня туры по степной дороге. Стадами, быки
первыми, туры входили в реку, плыли тесно, и людям приходилось видеть, как
турихи толкали рогами туренков, поднимая детенышей над взбитою в пену
водой. Размесили туры берега и ушли. Куда? В припятские леса, где живут
пятнадцать больших рек, а рекам малым и ручьям счета нет. Столь обильно
воду рождает земля, что иной порой реки там останавливаются и вспять
подаются, как Рось в половодье.
Походя туры травили хлеба, россичи же, пораженные множеством зверя,
не решались их гнать будто бы...
Бежали из степи козы, бежали лисы-огневки и малые собачки-корсаки.
Журавли летели на полночь, дрофы путались на лесных опушках. За ними
навалилось степное войско.
Далее сказители расходились в рассказе, споря между собой. У
некоторых получалось, что в те поры много славян жило по ту сторону Роси,
на Турьем урочище, и еще далее к югу. Одни бежали вслед турам в водяную
припятскую крепость и там поселились навеки. Другие остались биться за
могилы отцов. Из них не более семидесяти уцелело от побоища. Остались в
живых они лишь потому, что шли вместе, умели ударять сразу, будто одной